уши, но тем не менее коснулся края маски и оторопело отпустил.
Тайбу повторила:
— Гоши.
— Невозможно, невозможно, как такое может быть… — тут же покачал головой тайчжу. — Гоши ведь всё ещё в храме Фамэнь[169], мы с тобой видели его, прежде чем отправились в путь. Почтенный старец ведь как раз в затворе, как он мог внезапно прибыть сюда, в уезд Цинпин? Ты разве не знаешь правил его уединения? Если он выйдет в процессе, всё достигнутое сойдёт на нет.
Тайбу:
— Разумеется, я понимаю, поэтому я и сказала, что это, вероятно, просто очень похожий человек, невозможно, чтобы это был наш почитаемый наставник. Только…
Тайчжу отмахнулся:
— Никаких «только», лучше не будем терять время и подумаем о важном деле.
Однако пусть и сказал так, в душе он на самом деле испытывал невыразимый страх.
Как раз когда тайбу снова сосредоточенно всмотрелась в узор на черепашьем панцире, из ядовитого тумана вдали вдруг донёсся очень слабый звук, словно мягкий отголосок того, как что-то случайно ударило по листьям бамбука.
В то же время пучок травы на столе необъяснимо двинулся, как будто потревоженный ветром, и изменил положение.
Тайбу убрала всё разом, без лишних слов поспешила выйти из бамбукового дома и сказала:
— И впрямь есть перемена, немедленно уходим из этой горной впадины, ещё немного — и он сбежит!
Спустя время примерно для чашки чая на том же перекрёстке, где прежде останавливался отряд из приказа Тайчан, стояла другая группа людей:
— Каким нам нужно идти? Этим, что выглядит так, будто ведёт к гибели, или тем — совсем чистым от тумана? — с унылым лицом спросил один из них, низкий полный мужчина средних лет.
Эта группа состояла не из кого иного, как из Сюэ Сяня и его спутников.
Через два дня был день рождения Цзян Шицзин, и горестные события неизбежно откладывались. Сюэ Сянь не позволил Цзян Шинину последовать за ним, а оставил его в резиденции Фан составлять компанию старшей сестре. Прочих — Лу Няньци, Каменного Чжана и ещё Сюаньминя — он увёл с собой.
Лу Няньци был указующей черепахой[170] в человеческом облике, и хотя иногда он работал как следует, а иногда нет, однако для Сюэ Сяня, кто забывал дорогу, всё же был полезным. Каменный Чжан помнил человека, что в прошлом связал его, и если они отыщут того, потребуется, чтобы он подтвердил личность, потому он был столь же полезен. Что до Сюаньминя…
Неважно, был он полезен или нет, его в любом случае нужно было взять с собой.
Откуда такой настрой, Сюэ Сянь не мог сказать точно. Вероятно, он привык путешествовать вместе, так что целый день без него было бы невыносимо скучно.
Вот только он вытащил Сюаньминя наружу исходя из побуждений, которые и объяснить внятно не мог, а когда они действительно вышли, ещё и пожалел. Как-никак, события прошлой ночи всё ещё никуда не исчезли, и нрав Сюаньминя сегодня днём был странным, к тому же… что там говорил Фан Чэн?
О, верно. Действие драконьей слюны не может рассеяться за день или два.
Ха-ха.
В то время как Сюэ Сянь осознавал, что его мозги прищемило дверью, Лу Няньци сухо указал на ядовитый туман и сказал Каменному Чжану:
— В такое время тебе всё ещё нужно спрашивать? Неизбежно тем, что выглядит убийственно.
Каменный Чжан:
— Эти испарения н-н-не ядовиты?
Лу Няньци:
— Они убийственны, как они могут быть не ядовитыми?
Каменный Чжан:
— Тогда как идти…
Лу Няньци ответил с каменным лицом:
— Превозмогая.
«Да пошёл ты».
Каменный Чжан попросту хотел развернуться и убежать. Самым странным было то, что помимо древесного аромата он как будто ощутил в этом ядовитом тумане лёгкий запах крови, притом всё ещё свежей.
Ноги его тут же задрожали, он хотел разрыдаться перед Сюэ Сянем и посмотреть, сможет ли вызвать каплю жалости в сердце этого Старейшего.
К счастью, он ещё не разразился слезами, а Сюаньминь уже заговорил, смилостивившись, и сказал ровно:
— Незачем паниковать…
Пока говорил, он нащупал бумажные талисманы, и его мирный непоколебимый вид всё же немного успокоил Каменного Чжана. Как-никак, Сюаньминь всегда был надёжным, и если он сказал, что есть способ пройти через ядовитый туман живыми, значит, такой способ есть несомненно.
Глядя, как он вынимает бумажные талисманы, Каменный Чжан сразу понял, что он собирается создать построение с их помощью, и тотчас отступил на несколько шагов в сторону, не желая мешать, а заодно и утащил Лу Няньци.
В итоге едва Сюаньминь взял бумажный талисман в руки, кое-кто, чей дух бродил над небесной высью, наконец опомнился.
Тут же Сюэ Сянь потянул руку Сюаньминя назад и, склонив голову набок и изогнув уголки рта, заявил:
— Настолько простенькое дельце, к чему такая торжественность? Дай я.
С этими словами он хлопнул по подлокотнику стула. Послышался лёгкий щелчок, и резко поднялся ревущий с безумной силой ветер, подобный свирепому дракону, переправляющемуся через реку; с мощью, способной одним махом смести тысячную армию, он помчался вперёд, не зная границ.
Вшух!..
Вившиеся неизвестно сколько лет плотные ядовитые испарения оказались развеяны дочиста — не осталось и струйки — необычайным яростным ветром, обнажив в горной впадине старые деревья, от порыва пригнувшиеся к земле друг поверх друга, и ясно различимый путь.
Сюэ Сянь повернулся лицом к Сюаньминю и приподнял подбородок. Он ничего не говорил вслух, и выражение его лица ничуть не отличалось от обычного ленивого вида, в котором проглядывало своеволие, однако не разобрать как, а в этом невыразимо проступал оттенок: «Не должен ли ты вознести мне похвалу?».
Сюаньминь опустил на него взгляд и сказал:
— Подлокотник стула треснул, — тон был всё так же… солоноват.
Сюэ Сянь потерял дар речи. «Такого рода штуковины, что от рождения не способны угадывать настроение и говорят лишь затем, чтобы испортить настроение, должно сеять в море».
Глава 61: Паук единой жизни (1)
Примечание к части
Под жизнью подразумевается продолжительность жизни.
Без безбрежно-белого плотного тумана из ядовитых испарений некоторые вещи, изначально сокрытые им, стали отчётливо видны.
Сюаньминь окинул оценивающим взглядом дорогу и полужухлую траву по обе стороны от неё:
— Кто-то приходил и уже ушёл.
Сюэ Сянь с силой хмыкнул через нос, что и было ответом.
И кого бы он ни разозлил!
Но… кто-то приходил?
— Какой обычный человек подобру-поздорову пришёл бы в такое место? Явились смерти искать? — Каменный Чжан услышал Сюаньминя, но не вполне понял. Однако слово за слово, и он обнаружил и другой важный
